Куба. Апрель-май 1918 г.
Мусульманские погромы в документах
176
в городе Кубе все свое движимое и недвижимое имущество и уехали
из Кубы. Когда мы их спрашивали, зачем они уезжают, они отвечали,
что хотят жить в Баку. Мы только теперь поняли причину их бегства:
им было известно, что сделают с нами и с нашим городом их братья-
армяне, и они не предупредили нас. Из армян убийц и поджигателей я
лично никого не видел и никого назвать не могу. От своих
одногорожан я слышал, что в описанных преступлениях, творимых
над мусульманами в г. Кубе, принимали участие кубинские армяне:
Сын Григория, прапорщик, парикмахер Джевад, Арутюн, Мирза
Амирджанов (его видели на фургоне в городе во время событий). О
других я не слышал. Армяне, разгромив мою квартиру и похитив у
меня все движимое имущество, деньги и драгоценности, причинили
мне убытка на семдесят тысячь рублей по прежнему курсу рубля.
Более показать не имею.
Подпись.
Член Комиссии: А.Новацкий (подпись)
ГА АР, ф. 1061, оп. 1, д. 96, л. 28-30
Документ № 55
Протокол допроса
1918 года декабря 13 дня, гор. Куба
Член Чрезвычайной Следственной Комиссии при Азербайджанском
правительстве Новацкий допрашивал нижепоименованного в
качестве свидетеля с соблюдением Уст.Уг.Суд., который показал:
Мешади Гусейн Кули Багиров, 44 л., ж.г. Кубы, грамотен.
По городу Кубы ходили слухи, что на город идут армяне, но в то
же время говорили, что их мало и, что наши мусульмане окружат их и
возьмут в плен. О сопротивлении армянам в городе никто не думал.
Однажды, по полудни, когда я с семьей и братом находился дома,
услышал стрельбу и крики. Оказалось, что армяне окружили город и
обстреливали его. Вскоре они появились на улицах города, убивали
мусульман, мужчин, женщин и детей, грабили и поджигали дома и
другие постройки. Ко мне в дом явились несколько человек, забрали у
меня пять лошадей, пшеницу и движимое имущество, и заставили
мою семью, как и многих других, печь хлеб для их солдат. Через
несколько дней меня и брата повели в мечеть, где было уже много
мусульман. Там же нам приставили часовых. В мечети оставались мы
до ухода армян. В городе на улицах я видел много трупов, особенно