Куба. Апрель-май 1918 г.
Мусульманские погромы в документах
62
ты, принадлежащие мусульманам, а также ряд зданий, олицетворяющих
собой социально-культурные и духовные центры азербайджанцев. Мате-
риальные убытки, причиненные мусульманскому населению города,
только на основании известных следствию фактов, составляли примерно
400 000 000 руб. по старому исчислению. (152)
Обстоятельно не рассматривая такие вопросы, как предпосылки,
хроника, характер и последствия мартовских событий, (153) следует
подчеркнуть что, уже с момента начала кровавых событий, руково-
дители и зачинщики мусульманских погромов во главе с С.Шаумяном,
обозначили их как подавление «мятежа националистов из партии
«Мусават» и идущих за ними контрреволюционных элементов», а уже
в последующем – «гражданской войной». (154) Однако, как первое, так
и второе определение характера мартовских событий не выдерживает
никакой критики.
Отсутствие у азербайджанцев, в том числе и «националистов из
партии «Мусават», накануне мартовских событий в Баку и его окрест-
ностях сколь-нибудь крупных воинских формирований, способных
поднять «мятеж» против 12-тысячной «Красной армии» противника,
(155) подтверждался не только самим лидером партии «Мусават» Ма-
медом Эмином Расулзаде: «В мартовских событиях обвиняют «Муса-
ват». Это было совершенно безосновательно, т.к. для объявления
войны нужно было располагать хоть какой-нибудь физической силой,
которой у «Мусават» не было» (156), но и другими участниками и
свидетелями тех событий, а также первыми советскими исследова-
телями, при всей своей тенденциозности, раскрывающими суть проис-
ходящих в марте 1918 г. событий: «...руководящее ядро партии «Муса-
ват» не ожидало начала боя в день 18-го (30-го) марта... Мусаватские
силы, находящиеся в районах, не были своевременно подтянуты к
городу. Регулярных воинских частей у партии Мусават к этому дню в
городе не было». (157)
Мартовские события 1918-го года, с десятками тысяч убитых и
раненых из числа мирного населения, объединённого одной нацио-
нальной принадлежностью, никак не укладывались и в ленинскую
трактовку ведения гражданской войны, которую вождь большевиков
определял как «наиболее острую форму классовой борьбы, когда с
оружием в руках представители одного класса борются против другого
класса». (158) Совершенно очевидно, что вооруженные армяно-
дашнакские отряды (на 70 % тогда составившие Красную армию),
учинившие резню мирных жителей, никак нельзя было охарактери-