Куба. Апрель-май 1918 г.
Мусульманские погромы в документах
118
бек получил телеграмму и после этого он стал созывать по Кубе народ,
а по селам послал делегатов с оповещением, что в Баку армяне режут
мусульман»; «при вербовке в банду Али бек и его помощники вели
агитацию о том, что сейчас ведется национальная борьба и мы должны
защищать свою нацию»; «я лично ничего не видел, но мне расска-
зывали, как Али бек организовал отряд, причем по селам он вел агита-
цию, говоря, что большевики хотят совместно с армянами уничтожить
мусульман…» и т.д. (323)
Численность собранного Али беком отряда указывалось свиде-
телями от 1500 до 4-5 тысяч, или же 7-10 тысяч человек. Свидетели
подтверждали, что отряды Али бека Зизикского «повели наступление»
на Баку после получения им телеграммы из Баку, собирались
освобождать город и мусульманское население Баку от большевиков,
дошли до пригорода - Хырдалана, но потерпев неудачу вернулись в
Кубу, где оказывали вооруженное сопротивление войскам большеви-
ков. Один из свидетелей показывал, что когда большевики третий раз
заняли город Кубу, он был одним из 4-х делегатов, посланных боль-
шевиками к Али беку Зизикскому с предложением сдать оружие и
работать с большевиками, заняв высокий пост, но он отказался. Эта
информация подтверждалась и другим свидетелем: «большевики про-
сили распустить банду, т.к. они не приехали воевать с мирным насе-
лением и просили Али бека приехать в Кубу для поступления на
службу. Али бек на это ответил, что большевикам-разбойникам он не
будет подчиняться и обещался очистить Кубу и Хачмаз от них» (324).
Следует уточнить, что здесь речь идет о событиях, происшедших уже
после ухода отрядов Амазаспа из Кубы и приезда в город группы боль-
шевиков во главе с Левоном Гогоберидзе.
Бесспорно, эти показания давали полное основание обвинять Али
бека Зизикского в антибольшевистской борьбе, и, кстати, соответство-
вали истине. Однако, как следует из следственного дела, следователь
пытался получить все же какие-то конкретные факты и доказательства,
в том числе относительно армянского населения уезда. И если даже не
о резне, то хотя бы «грабеже» армянского населения, притом, если
даже не самим Али беком, то хотя бы его отрядом, на что получал
один и тот же ответ: «Отдельные факты указать не могу». Многие
свидетели объясняли это обстоятельство тем, что сами они в это время
отсутствовали в городе, или не выходили из дома, и только один
объяснил тем, что человек «он неграмотный, уже забыл обо всем».
(325) Даже рекомендованный Аз.ГПУ «свидетель» не смог привести